Арарат  - Кристофер Голден

Путь до Первого Лагеря – скорее пешая прогулка, чем полноценное восхождение. Они вылезли из микроавтобуса, проверили в последний раз снаряжение и надели на плечи рюкзаки. Адам натянул шерстяную шапку, завязал под подбородком тесемки и вздрогнул, привыкая к холодному ночному воздуху. «Это же глупо», – подумал он, разглядывая гору и ежась под порывами ветра. Мериам повернулась к нему. Увидев восторженный блеск в ее глазах и знакомую улыбку, он заставил себя вспомнить, что подобные глупости – это и есть их профессия. Ведь смысл их книг и интернет-роликов заключался в том, чтобы помочь обычным людям преодолеть свои страхи перед опасностями.

Он достал камеру из багажника, навел на Мериам и включил запись.

– Ну что, как назовем видео? «Адам и Ева находят Ковчег»?

– Давай сначала и вправду найдем, прежде чем начать об этом говорить, – ответила Мериам с улыбкой, некогда покорившей его сердце и от которой он не сможет отказаться уже никогда. Эта женщина была прекрасней, чем самые смелые мечты.

Мериам поправила лямки рюкзака и повернулась к горе. Фейиз и Хакан уже пустились в путь, не дожидаясь их и не предлагая помощи. Фейиз уже знал, что им его помощь не понадобится. А Хакану было попросту плевать.

Они протащились примерно полмили, прежде чем Адам вновь включил камеру. В свете звезд местность выглядела призрачно. Он хотел как можно дальше отойти от стоянки, чтобы свет от домов или дороги не испортил ту атмосферу, которую он намеревался запечатлеть. В обычных обстоятельствах при них были бы лошади, возможно, пара мулов, но теперь они шли вчетвером, задавшись целью дойти до пещеры первыми, чтобы заявить на нее свои права. У них не было лишних людей в команде, с кем можно было бы оставить животных во Втором Лагере после того, как они пойдут на юго-восточный склон – туда, где находилась отколовшаяся часть массива. К открывшейся пещере не существовало безопасного подхода, но гораздо менее рискованным будет подняться выше раскола и спуститься в пещеру сверху, нежели пытаться залезть туда по зыбким камням, едва держащимся на склоне. Новая лавина гарантированно убьет их всех. Адам и Мериам старались добиться популярности при помощи просчитанных рисков и вовсе не стремились погибать глупо.

– Фейиз, – сказал Адам, догнав проводника и вновь включив камеру, – мы уже снимали раньше, но для тех зрителей, которые с нами не знакомы, мог бы ты рассказать подробности того, что ждет нас впереди?

Молодой проводник настороженно глянул на напрягшегося дядю. Хакан сжал губы, всем видом демонстрируя неодобрение, затем тихо усмехнулся и прибавил шагу, намереваясь отойти подальше. Он хотел найти ковчег как никто другой, но не был заинтересован в том, чтобы его снимали на камеру.

– Мы оставили машину в деревне Эли, которая находится на высоте около двух тысяч метров, – начал рассказывать Фейиз. – До Первого Лагеря примерно девять километров, которые мы одолеем пешком быстрее чем за четыре часа. Местность здесь не слишком сложна для альпинистов в хорошей физической форме.

Мериам шагнула в кадр и оглянулась на камеру, не сбавляя шага.

– Прямо сейчас Адам жалеет о том, что не съел за ужином ту огромную порцию кюнефе^[4].

Адам простонал.

– Это точно!

Поход продолжился в таком духе: Адам снимал видео, взяв на себя роль интервьюера, Мериам заходила в кадр и рассказывала что-нибудь на камеру, а Фейиз дополнял ее рассказ подробностями. В минуту затишья, когда начала сказываться усталость и шутить на камеру уже не хотелось, Адам взглянул на гору и ощутил внезапный страх. По спине пробежал холодок. Но как только он попытался разобраться, в чем тут дело, ощущение рассеялось, словно туманный сон в момент пробуждения.

Он поправил рюкзак и продолжил шагать, глядя под ноги. Спустя несколько минут он вновь посмотрел на гору и, как показалось, увидел выемку в том месте, где сошла лавина – свежий шрам, изменивший форму Арарата.

Мериам очутилась рядом с ним – как-то совершенно незаметно.

– С тобой все в порядке? – спросила она тихо, хотя в темной тишине, окутавшей гору, можно было расслышать даже шепот. Фейиз и Хакан продолжали шагать вперед, не обращая на них внимания.

Адам кивнул.

– Наверное, задремываю.

– Следующие несколько дней много спать не придется.

– А если нам повезет, то и следующие несколько месяцев.

Мериам улыбнулась, посветлев лицом.

– Твои бы слова – да Богу в уши.

– Богу? – переспросил Адам, удивленно подняв бровь.

– Да кому угодно, – поправилась она. – Кто бы там ни был.

Адам взял ее за руку. Держа камеру в правой руке, а ее пальцы – в левой, он чувствовал, что это и есть равновесие его жизни. Два самых необходимых ему элемента. Вдохновленный и приободрившийся, он отпустил Мериам и включил камеру на запись.

– Почему ты такая уверенная? – спросил он ее на ходу. Ботинки с хрустом давили грубый камень и хрупкий лед. – В Догубаязите сейчас как минимум две подготовленные команды ковчеговедов. Они рванут за нами по пятам.

Мериам смахнула густые волосы с глаз и нахмурилась. Прямо в камеру.

– Мы получили преимущество на старте и идем налегке, – ответила она больше камере, чем ему. – Если там сокрыта тайна, то мы станем первыми, кто ее разгадает.

Затем она улыбнулась. Адам остановил запись, нажав кнопку на камере, и улыбнулся ей в ответ. Но улыбка вышла натянутой. Его вновь стало грызть беспокойство, сильнее которого ему ощущать еще не доводилось. Он чувствовал на себе чей-то испытующий взгляд, от которого покалывало кожу. С каждым шагом все отчетливее казалось, что за ними наблюдает какой-то невидимый враг.

– Тебе надо поспать, – сказала Мериам с беспокойством.

– Посплю пару часов, когда дойдем до Первого Лагеря, – ответил Адам. – Затем продолжим подъем.

Страх, который залез ему под кожу, сгорит с восходом солнца.

Он был в этом уверен.